Возврат на страницу. Желтая Звезда

Стойкость, рождающаяся из Единства в Многообразии


Дано Ричардом А. Лондоном, 6-м Главным Хранителем
13 сентября 2026 года в Мемориальном Храме Голубой Звезды



Согласно одной из многочисленных мировых традиций, в минувшие выходные наступил Рош ха-Шана — еврейский Новый год. Я еврей, и меня воспитывали в убеждении, что наш мир был сотворен 5787 лет назад. Как повествует Ветхий Завет, лишь спустя примерно полтора тысячелетия была предпринята попытка возвести Вавилонскую башню — сооружение, которое и по сей день служит предостережением о пределах человеческих свершений, не подкрепленных послушанием Богу. Вавилонская башня также символизирует человеческую гордыню, божественную власть, истоки языкового многообразия и причину рассеяния народов.

И хотя вопрос о возрасте нашего мира остается предметом споров, если человечество когда-либо захочет познать безупречный образец того сотрудничества, которое легло в основу замысла Вавилонской башни, ему придется осознать суть «Стойкости, рождающейся из Единства в Многообразии». Я пытаюсь осмыслить эту идею с тех пор, как около 40 лет назад сменил сферу деятельности в середине своей карьеры. 

Это был своего рода пересмотр моей жизненной позиции, который в конечном итоге привел меня к 23 годам работы в местном отделении организации United Way.

Я пришел к убеждению, что жизнестойкость — это ключевой, если не жизненно важный элемент процветающей и устойчивой системы, будь то отдельный человек или сообщество. Мы живем в условиях стремительной технологической эволюции, которая оказывает огромное влияние на наши мысли, слова и поступки; при этом нам по-прежнему крайне трудно осознать и принять непредвиденные последствия, связанные с нашим поведением, действиями и тем, как всё это сказывается на нашей способности обеспечивать свое существование.

Как и в большинстве жизненных вопросов, здесь существуют микро- и макроуровни восприятия, заслуживающие внимания. Поэтому полезно помнить о различиях между жизнестойкостью отдельной личности и жизнестойкостью системы, а также учитывать присущие им требования, трудности и взаимосвязи. Это сложная, если не сказать пугающая концепция; возможно, на интуитивном уровне она понятна мне лучше, чем я способен выразить ее словами. С другой стороны, при непредвзятом взгляде может открыться и ее простота.

Размышляя о том, что мотивы и ценности служат той самой призмой, через которую мы воспринимаем и истолковываем действительность, я все больше обеспокоен тем, что в различных группах нашего общества, похоже, иссякает готовность к открытому, непредвзятому восприятию иного мнения. Моя цель здесь — объяснить необходимость возрождения нашей человечности. По правде говоря, я лишь заново леплю из того же старого куска глины, который уже бесчисленное множество раз переделывали те, кто бился над извечной дилеммой: что важнее — кто прав или что правильно?

Оглядываясь назад, можно вспомнить, что до того, как движение United Way начало использовать слоган «Live United» («Живи в Единстве»), на местном уровне мы использовали девиз «Unity in Community» («Единство в Сообществе»). И хотя идея «жить в единстве» мне по-прежнему близка, ни для кого не секрет, что и разъяренная толпа вполне способна к такому Единству. Поэтому то, *как именно* мы живем в Единстве, подчеркивает, насколько фундаментальную роль наши ценности и побуждения играют в выборе способов сосуществования и в том, как мы обретаем это единство внутри сообщества.

По мере того как мир преображается, переходя от более однородных сообществ к более разнородным, нам всем, на мой взгляд, необходимо лучше осознать неизбежность принципа «Единства в Многообразии». Медленно, но верно все больше людей принимают идею многообразия как универсальный принцип, вплетенный в саму ткань жизни.

История организации United Way началась в 1887 году в Денвере (штат Колорадо), когда раввин, два протестантских пастора, католический священник и Фрэнсис Уайзбарт Джейкобс — единственная женщина в этой группе — решили улучшить жизнь людей в своих разрозненных религиозных общинах. Они объединили усилия, чтобы мобилизовать ресурсы и наладить связи между своими, прежде изолированными друг от друга, инициативами, направленными на помощь ближним. В то время население Земли составляло около миллиарда человек, а деятельность зарождавшейся организации United Way была сосредоточена на создании системы социальной поддержки для удовлетворения базовых жизненных потребностей жителей Денвера. Сегодня, когда численность населения планеты приближается к восьми миллиардам, под эгидой United Way Worldwide в 30 странах и на различных территориях работают почти 1100 автономных местных отделений United Way.

Лишь начав работать в United Way, я осознал, как мало знал об этой организации и ее миссии, хотя само название было мне хорошо знакомо. Я узнал, что в 1980-х годах в деятельности United Way наметился масштабный сдвиг в сторону ответственности и профилактики проблем, при этом организация не упускала из виду и необходимость устранения последствий, лечения и «врачевания симптомов». Этот смещающийся акцент на структурных изменениях способствовал росту понимания того, как важно добираться до самой сути проблем. Такой подход остается актуальным и сегодня, поскольку потребность в повышении компетентности в вопросах предотвращения проблем, которые можно было бы не допустить, становится все более острой. Теперь я воспринимаю эту деятельность как попытку помочь людям не увязнуть в «зыбучих песках» на пути к реализации идеалов «Жизни, Свободы и Стремления к Счастью». Ключевым моментом здесь является признание важности автономии, творческого начала и спонтанности в личном опыте каждого человека.

В период моей работы в организации United Way происходило переосмысление её миссии: всё больший упор стал делаться на то, что впоследствии назвали «основами достойного качества жизни» — образование, финансовую стабильность и здоровье. Вспоминая слова Бенджамина Франклина о том, что «кто рано ложится и рано встает, тот становится здоровым, богатым и мудрым», я убедился, что подобная смена приоритетов жизненно важна для благополучия человека. Безусловно, ранний подъем после полноценного ночного отдыха приносит огромную пользу, однако я глубоко убежден, что в наши дни владение базовыми навыками в сферах образования, финансовой грамотности и социально-эмоционального развития стало еще более важным. Под моим руководством наше местное отделение United Way стало уделять повышенное внимание формированию этих базовых компетенций — навыков чтения, финансовой и социально-эмоциональной грамотности — с помощью самых разных программ и мероприятий. Добавлю в скобках: сама идея профилактики по-прежнему встречает значительное сопротивление.

Учитывая растущую с 1950-х годов долговую зависимость от кредитных карт, постепенный отказ (начиная с 1980-х) от традиции работать всю жизнь на одного частного работодателя, внедрение в 1989 году универсальной системы оценки кредитоспособности, а также сохраняющуюся экономическую нестабильность в различных отраслях, идея проведения занятий по финансовой грамотности для старшеклассников, изучающих экономику, на рубеже XXI века казалась не просто полезной инициативой, а насущной необходимостью.

Хотя программа финансовой грамотности, разработанная организацией United Way, опиралась на ряд передовых методик, ключевым принципом стал подход «Сначала заплати себе» (Pay Yourself First — PYF). Мы стремились привить молодежи привычку откладывать деньги и хотели, чтобы они начинали делать это как можно раньше. Одной из главных стратегий сбережения, которую мы продвигали — помимо накопления средств на конкретные цели, — было создание «финансовой подушки безопасности» (резерва на черный день), что особенно важно для тех, кто несет ответственность за материальное благополучие своей семьи. Общепринятым правилом остается наличие сбережений, достаточных для покрытия расходов на жизнь в течение трех–шести месяцев.

Сегодня многим из нас приходится бороться за то, чтобы оставаться на плаву; мы видим, что рост зарплат не поспевает за повсеместным увеличением стоимости жизни. Согласно отчету Федеральной резервной системы США об экономическом благосостоянии домохозяйств за 2025 год, у 37% взрослых нет достаточных денежных средств, чтобы покрыть непредвиденные расходы в размере 400 долларов.

Как бы мы ни относились к образу жизни других людей — будь то последствия недостатка образования или стремление приобрести вещи, которые им не по карману, — следует учитывать множество факторов. Прежде всего, общество подвергается массированному воздействию невероятно притягательных маркетинговых кампаний, особенно сильно влияющих на молодежь. Кроме того, на нашу способность обеспечить финансовую самостоятельность могут влиять такие аспекты, как этническая принадлежность, профессиональная подготовка, отношение к труду, место проживания и состав семьи. Семейные бюджеты часто оказываются крайне ограниченными — от расходов на уход за детьми до затрат на медицинское обслуживание, — и многие из нас ищут временного облегчения, прибегая к легкодоступным потребительским кредитам.

В опубликованном в прошлом году организацией United Ways of California отчете «Real Cost Measure» (Оценка реальной стоимости жизни) отмечается, что треть работающих семей в Калифорнии с трудом сводят концы с концами. В документе подчеркивается острая необходимость в создании рабочих мест, обеспечивающих достойный доход для главы семьи, и в доступном жилье. Я говорю об этом не для того, чтобы оправдать тех, кто живет не по средствам, а чтобы обратить внимание на трудности, связанные с созданием «финансовой подушки безопасности» на черный день.

Согласно отчету MarketWatch за 2025 год, более половины взрослых американцев живут от зарплаты до зарплаты. Если в сообществе не хватает рабочих мест, позволяющих главе семьи обеспечивать домохозяйство, и доступного жилья, оно теряет устойчивость. То же самое происходит и с отдельными семьями, у которых нет сбережений, покрывающих расходы на жизнь в течение трех–шести месяцев.

Многие из нас способны понять и разделить переживания тех, кто внезапно лишается заработка, и посочувствовать им в ситуации неопределенности и стресса. Однако необходимость порой становится стимулом для инноваций; мы можем найти способы и средства перестроить свою жизнь — особенно если будем относиться друг к другу с состраданием, действовать на опережение и проявлять ответственность.

Существует множество возможностей для самостоятельного повышения финансовой грамотности. Многие согласятся, что всё начинается с умения грамотно читать и воспринимать информацию. Однако в основе финансовой грамотности лежит и еще один важный аспект — наш «денежный характер», который формируется в раннем детстве.

Именно здесь особую значимость приобретает владение навыками социально-эмоциональной грамотности. Осознанно или нет, но наши ценности, эмоции, ожидания, убеждения и установки (аббревиатура VEEBA) определяют наше поведение в вопросах траты и сбережения денег во взрослом возрасте. Мы начинаем осознавать, что люди, обладающие социально-эмоциональной грамотностью, реже подвержены стрессу и, как правило, имеют более устойчивую иммунную систему. Вполне логично, что психическое здоровье влияет на способность человека преодолевать различные жизненные трудности. Живя настоящим моментом, мы можем более грамотно и ответственно расставлять приоритеты и удовлетворять свои универсальные потребности.

Помимо финансовой стабильности семей, нам важно, чтобы молодежь могла полностью реализовать свой потенциал, а люди вели здоровый образ жизни. Мне очень нравится высказывание Арнольда Гласоу: «Родители могут говорить, но никогда не смогут научить, если сами не следуют тому, что проповедуют». Пожалуй, лучше всего об этом сказал Ганди: «Стань теми переменами, которые ты хочешь видеть в мире». В завершение приведу слова представителей Центра по вопросам детей и семей при Брукингском институте: «Пусть политики, школьные учителя и администраторы, общественные деятели, священнослужители и родители внушают детям мысль о том, что в свободном обществе они вступают во взрослую жизнь с тремя главными обязанностями: как минимум получить полное среднее образование, найти работу с полной занятостью, а также отложить вступление в брак и рождение детей до достижения 21 года».

Я привожу эти цитаты, поскольку каждый из нас должен осознавать свою ответственность за взаимосвязь между этими макро- и микропроявлениями поведения, если мы хотим взрастить ту стойкость, которая рождается из единства в многообразии. На мой взгляд, именно в семье процесс формирования стойких личностей начинает способствовать становлению стойких сообществ, и именно там принцип единства в многообразии начинает являть свою необходимость. По мере того как эволюционирует сознание человечества, давайте вспомним: нашим предкам потребовались столетия, чтобы принять тот факт, что Земля не плоская, а Солнце не вращается вокруг нее — подобно тому, как это продолжает делать Луна. История свидетельствует о том, что человечество порой противится принятию постоянно развивающегося знания, которое приходит через понимание и признание «Раскрывающихся Истин о Вселенских Реальностях Бытия».

Я по-прежнему надеюсь, что многие из нас осознают противоречия — имеющие жизненно важное значение — между нашими постоянно расширяющимися знаниями и тем образом жизни, к которому мы привыкли.

На самом деле, я убежден: многое можно понять, если осознать, как наша индивидуальная конституция влияет на состояние здоровья нашего организма.

Например, в наших собственных биологических «вселенных» необходимо разнообразие клеток. Чтобы быть здоровыми, нам нужно, чтобы различные типы клеток гармонично взаимодействовали друг с другом, образуя органы и системы. Нам необходимо репродуктивное разнообразие для естественного продолжения рода; нам нужно, чтобы родители ладили друг с другом ради здоровья семьи, а семьи — ради благополучия всего сообщества. Уже некоторое время я воспринимаю клетки своего тела как самостоятельных «личностей», а органы и системы — как группы сообществ, и, конечно, я глубоко признателен, когда между ними царит согласие. Поскольку каждая клетка представляет собой самоподдерживающуюся систему, зависящую от окружающей среды, то же самое справедливо и для меня: ведь я — такая же самоподдерживающаяся система, зависящая от своего окружения.

Итак, для меня суть дела заключается в следующем: когда же человечество в целом сможет увидеть в себе и в окружающих людях отдельные клетки одного великого организма?

Многое из того, что раньше считалось очевидным здравым смыслом, теперь подтверждается наукой. И наоборот: научные знания о естественном устройстве живых организмов и их среды обитания — от макро- до микроуровня — сами становятся частью здравого смысла. Размышляя о факторах, влияющих на устойчивость единства в многообразии, я представляю себе жизнь во всем ее многообразии: она существует в экосистемах, вселенных или средах самых разных масштабов. При этом каждая такая среда зависит от других взаимосвязанных сред или мест обитания и существует внутри них, и все они играют свои роли, образуя всевозможные сочетания. У этих сред может быть много общего — особенно когда речь идет о солнце, воздухе, воде и земле. Я выделяю три основных фактора, влияющих на устойчивость единства в многообразии внутри таких сред: (1) привнесение в них чего-либо нового, (2) изъятие из них чего-либо и (3) непрерывно развивающаяся динамика взаимосвязей внутри каждой из этих сред.

Прежде всего, это касается моего собственного тела, моей семьи и моего района. Если углубиться еще на один уровень, то можно рассматривать сердце как уникальную среду, наполненную специализированными клетками, которые сами по себе являются еще более мелкими, обособленными средами. Метафорически эти среды напоминают матрешек — русских деревянных кукол, которые так идеально вкладываются одна в другую.

Если рассматривать ситуацию в масштабе взаимодействия макро- и микроуровней, исследования подтвердили, что на устойчивость экосистемы Йеллоустонского национального парка огромное влияние оказали истребление (или изъятие) и последующая реинтродукция (или возвращение) серых волков. В результате намеренного устранения волков естественное единство в многообразии Йеллоустона было нарушено настолько, что под угрозой оказалось долгосрочное выживание этой некогда первозданной и процветающей экосистемы. В данном случае жизнь отдельных волков (микроуровень) можно уподобить жизненно важному органу, от которого зависит благополучие Йеллоустона в целом (макроуровень). В отсутствие волков численность популяции американских оленей возросла до уровня, превышающего возможности естественного самовосстановления флоры и фауны парка. Молодые осины не успевали вырасти из стадии побега: олени, казалось бы, проявляли чрезмерную «прожорливость», поедая побеги и не давая им развиться в полноценные деревья. Эта ситуация контрастирует с тем, как здоровье, устойчивость и биоразнообразие многих водоемов пострадали из-за чрезмерного отлова бобров. Если численность бобров резко сократилась из-за коммерческой ценности их меха, жировых желез и мяса, то популяция волков сильно уменьшилась из-за свойственной им привычки охотиться на других животных, также представляющих коммерческий интерес.

Даже в детских сказках волк изображается как отъявленный хищник-разбойник. И хотя это может огорчать тех, чей достаток когда-то зависел от истребления волков, мотивы некоторых владельцев ранчо и охотников, к сожалению, зачастую вступают в катастрофический конфликт с потребностями самой природы. И хотя об этом редко говорят, можно предположить, что медведь Смоки — символ борьбы с лесными пожарами — одобрил бы возвращение волка в экосистему Йеллоустонского национального парка. А теперь по схожим причинам во многие наши водоемы целенаправленно возвращают (реинтродуцируют) бобров.

С другой стороны, когда речь заходит о нежелательном появлении или занесении чужеродного организма в какую-либо среду обитания или экосистему, его естественная интеграция может оказаться весьма проблематичной. Согласно информации, опубликованной в 2025 году на сайте Лесной службы США, примером такого организма служит хемлоковая хермес-адельгида (hemlock woolly adelgid) — крошечное насекомое, похожее на тлю; оно входит в растущую армию вредителей, буквально высасывающих жизнь из лесов на огромной территории — от Новой Англии до Западного побережья.

Многие организмы, благодаря глобальной торговле и перемещениям людей, получили возможность покинуть родные места и успешно обосноваться в новых условиях. Вмешательство человека, даже продиктованное, казалось бы, безобидными намерениями, нередко наносило сокрушительный ущерб сложившимся природным экосистемам, разрушая хрупкое равновесие, на установление которого у природы уходили целые эпохи.

Существует множество сценариев развития событий, связанных с этими видами-«иммигрантами», которые осваивают новые территории, изобилующие добычей и лишенные естественных хищников; из-за этого хермес (вид тли) кажется ненасытным существом, если не настоящим бедствием. В худшем случае под угрозой оказывается местное биоразнообразие США — если только не будут предприняты инновационные и решительные меры по вмешательству в экосистему, сопоставимые по масштабу с действием стихийных сил природы. Этот пример напоминает мне о том, что первые люди, прибывшие в Америку, сами были организмами-чужаками; их действия привели к преобразованию окружающей среды и уничтожению бесчисленного множества коренных жителей и других форм жизни, процветавших до тех пор, пока наши предки не дали волю своей экспансионистской натуре.

Еще один пример подобного процесса мы наблюдаем здесь, в Халсионе: карпобротус (так называемое «ледяное растение») сейчас вытесняет и губит местные виды. Согласно статье, опубликованной на сайте Earth.org в марте 2025 года под заголовком «Насекомые важны. Почему мы их уничтожаем?», поступает все больше сообщений о резком сокращении численности местных популяций тех самых полезных, назойливых, а порой и восхитительных насекомых, которые служили человечеству, завораживали и раздражали его на протяжении почти всей истории. Как ни парадоксально, можно утверждать, что нашему миру насекомые, живущие в своей естественной среде, нужны больше, чем люди (где бы те ни находились), — если мы хотим, чтобы природа обладала той устойчивостью, которая рождается из единства в многообразии.

Кроме того, изменения погодных условий влияют на взаимосвязанную динамику многих природных сред. Несмотря на наше стремление к космическим полетам, я убежден, что нашей главной и всеобъемлющей средой обитания остается священная и бесценная Земля. Я пришел к пониманию того, что между всеми живыми существами и окружающей их средой существуют Божественные узы взаимосвязи и взаимозависимости. На мой взгляд, умение должным образом заботиться о делах здесь, на Земле, важнее, чем попытки вмешиваться в дела других планет.

То, как люди ведут себя в той или иной среде, имеет огромное значение. Когда мы переходим из привычной для нас среды в чужеродную, устойчивость, порождаемая единством в многообразии, может оказаться под угрозой — если не будет предпринято осознанных усилий (как на личном, так и на групповом уровне) для интеграции и ассимиляции в новой, открытой к принятию среде.

Вполне естественно опасаться перемен в том разнообразии, к которому мы привыкли и которое порой даже воспринимаем как должное. Попытки преодолеть страх перед разнообразием, стремясь найти точки соприкосновения, — это вечная борьба, не прекращающаяся на протяжении многих эпох.

На мой взгляд, подлинные перемены происходят в динамике той среды, в которой мы существуем: будь то избыток чего-либо или, напротив, нехватка — независимо от природы конкретного элемента или организма, — особенно когда процесс ассимиляции встречает яростное сопротивление.

Эгоистичное, реакционное и безответственное поведение может привести нас к катастрофическим последствиям и дестабилизации нашего существования. И это справедливо даже тогда, когда мы боремся за собственную безопасность и самосохранение.

Хотя я благодарен за различные удобства, которые предоставляет нам наш постоянно модернизирующийся мир, баланс природы, кажется, ужасно нарушен: слишком много экосистем страдают от снижения жизнеспособности, и им не хватает устойчивости, необходимой для сосуществования.

К счастью, у нас, людей, также есть искусство, спорт и отдых для личного восстановления сил, а также для того, чтобы различные группы могли найти общий язык. Тем не менее, я продолжаю задумываться над утверждением доктора Нила Постмана 1985 года о том, что человечество рискует «насмешить себя до смерти».

Итак, как устойчивость, проистекающая из единства в многообразии, применима к человечеству, и требует ли эта устойчивость знания и принятия Закона Кармы?

Мы перейдем этот мост в следующее воскресенье во второй части этой беседы.


Ричард Лондон, Шестой Главный 
 Хранитель Храма

 
©
Cross of Balance
Duality of Heaven and Earth
Страница Храма Человечества
free counters
Работает на: Amiro CMS